Лагерь

Начало книги

"Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мёртвых и всякой нечистоты" (Мтф. 23: 27)

Суровый порыв ветра смазал лесную полосу в единую волну. Стволы жалобно застонали под грузом миллиардов иголочек. Птицы испуганно вспорхнули. Им, обывателям чащобы, нередко приходилось покидать насиженные места. Ближе к кромке леса, примыкающей к шоссе — птицы стремились туда, дальше от зловещей поляны.

В самой глуши затерялась ветхая лачуга. С виду — точно дом из фильмов ужасов. Черные от въевшейся влаги бревна больше столетия дожидались прикосновения человеческой руки. Живой, с пульсирующими венами. Из окон зазывала мгла, разукрашенная редкими нитями солнца. Сюда давно никто не заглядывал.

Сейчас же порог был усеян еловыми иголочками, принесенными влажными ступнями постоянной гостьи. За порогом расстилалась деревянная шероховатая доска, жалобно ноющая от любого прикосновения. Доска вела к неотесанным деревянным балкам. Одну наспех приставили к невидимой двери, словно подпирая пространство и загораживая вход на запрещенную территорию. Другую балку, прикрытую первой, прочно приделали на смолу, о чем догадаться случайный захожий мог по янтарным каплям. На смолу приклеили иконку Божьей Матери, потрепанную, но не утратившую мощи. Золотой обод лика освещал скудное убранство таинственным светом, видимым только тому, кто приходит с верой в душе. Для других — так, пустая картинка. Эффект плацебо для «темных». Как и отрывки бумажек с засохшими ручейками чернил и расплывчатыми буквами. Ворох бумажек любовно разложили на глинобитной печи, когда-то усердно фыркавшей жаром.

Читать дальше →