Житие преосвященного Смарагда

Начало книги

По случаю большого праздника обедню в кафедральном соборе служил сам преосвященный Смарагд. Было знойное лето, июль дышал суховеями, белое, мутное облако висело над городом. Жара и жажда одолевали богомольцев, на их лицах блестел пот, а служба, как на грех, была длинная и утомительная.

Синий дым плавал наверху в просторном солнечном куполе, — там было светло и весело. А внизу стоял полумрак и лишь косой радужный луч выхватывал из глубокой тени то лицо, то часть одежды, то тусклое серебро какого-нибудь церковного украшения. Да еще свечи мерцали красноватыми, зловещими пятнами.

Жара и теснота делали свое дело: время от времени в церкви раздавалось сдавленное восклицание, стон и неясный шум толпы, с трудом расступающейся перед обеспамятевшим, пробирающимся к выходу богомольцем.

Но преосвященный был свеж и бодр. Он стоял посреди храма на кафедре и сосредоточенно, весь уйдя в себя, вслушивался в провозглашаемые священниками слова положенных молитв. Подхваченные великолепным хором, слова эти торжественно и плавно, как бы по столбу косого луча, возносились в солнечный купол, где, тоненько посвистывая, металась залетевшая в разбитое окно желтогрудая синица. И тем молящимся, какие стояли поближе к кафедре, казалось, что лицо преосвященного излучает свет, и в свете этом люди видели то особенное, необыкновенное, чего не было у других священников: святость. Вздох восхищения ветром проносился под сумрачными сводами храма, восторженное чувство, как электрический ток, передавалось от одного к другому, и так, на невидимых крыльях, вылетало оно из дверей собора на паперть, на церковный двор, где стояли не уместившиеся в храме и где в синеватой тени разросшихся кустов сирени мелькал белый халатик приехавшей с машиной скорой помощи молоденькой медицинской сестры.

Читать дальше →