Замки детства

Начало книги

Женни уронила пяльцы, за которыми вышивала мелким крестиком две светло-зеленые елочки, розового китайского дракона, алфавит и циферку своих нежных лет; пожаловалась на сильную головную боль. Гонец помчался во весь опор, заблудился в незнакомом месте, остановился спросить дорогу у старого Бембе, работавшего на винограднике под Капитом, и вскоре уже стучал в дверь доктора. «Откройте, откройте, ваша дочь заболела». Мать сняла домашнюю шаль, ночную рубашку, войлочные туфли, чепец, натянула нижнюю юбку, верхнюю юбку, черную кофту, уличную накидку, дрожащими пальцами приколола к блузке плетеную волосяную брошь. Бембе, слуга, зевал на козлах желтой повозки, прикрывая рот рукояткой кнута, и, на миг запрокинув голову, встретился взглядом со звездами. Свинцовое озеро{1} катило волны вдоль берега, где шла дорога; страдавший бессонницей мельник из Верне высунулся из окна прямо в ночном колпаке, ладонью закрывая от ветра свечу. Но пока доехали, пока стучали в ворота монастыря и трясли колокольчик, Женни умерла. Позже, другая мать вернется на ночном поезде из Германии с дурной, страшной вестью. На вокзале она долго стучала к извозчикам. Теплое озеро катило волны вдоль берега. У темного дома она вышла из повозки и чувствует, что ступает по цветам: порог усыпан белыми розами, упавшими накануне с гроба юной покойницы. Много еще матерей и сестер опоздали к изголовью любимых. Один инженер осознал, наконец, необходимость новых быстрых средств передвижения; это был брат пастора, жегшего сухие ветки малинника во время катехизиса. «Вот, — пастор с шумом захлопывал дверцу печки и поправлял съехавший на лысой голове шотландский колпак, — вот, возгорелся пламень. Ну-ка, ты!

Читать дальше →