Серебристый свет (Подлинная жизнь Владимира Набокова)

Начало книги

Обычай требует, чтобы труд подобного рода предварялcя "благодарностями", то есть ученой версией luche-culisme (или похлопывания по плечу - поясняю для читателей, обладающих чрезмерной ранимостью или не владеющих французским), когда автор, неуклюже изображая смирение, перечисляет людей и организации, с коими ему пришлось консультироваться, и дает понять, а зачастую и прямо указывает, что, хотя все эти милые люди сыграли немалую роль в придании книге ее окончательного вида, никто из них не несет ответственности за какие бы то ни было промахи и глупости, в ней присутствующие, - за таковые надлежит отвечать одному только автору.

Я предпочитаю, вопреки протестам моего издателя, мистера Эдмундса, воздержаться от исполнения этого утомительного обряда.

Каждое слово, каждая мысль, каждый знак препинания, содержащиеся в этом труде, принадлежат исключительно мне, за вычетом тех случаев, в которых веления скрупулезной учености заставляют меня оговорить иное. Разумеется, доводя мое сочинение до окончательного совершенства, я руководствовался замечаниями (как прошеными, так и непрошеными) немалого числа людей, но лишь в той мере, в какой замечания эти способны были послужить симптомами того именно тягостного вздора, какого я старался избежать. Наиболее распространенным средь них оказалось чопорное "Это непозволительно" - произносимое с таким видом, точно моя книга нарушает некий существующий с незапамятных времен закон Вселенной. При всем их брюзжании относительно институционных ограничений свободы мысли и деятельности, мои коллеги-ученые (и даже многие из вас, самозваные "набоковеды") обнаруживают, столкнувшись с причудливыми плодами моих изысканий, замашки завзятого цензора.

Читать дальше →