Книга правды

Начало книги

«Да, пора кончать с рок-н-ролльным разпиздяйством и переквалифицироваться в упра..: И тут в голову цинично ворвалась мыслишка. Я не буду обивать пороги. Перенесем разпиз-дяйство на более высокий уровень. Посмеемся над всей журналистской лабудой одним фактом своего существования. Амба, баста, инфузория-туфелька… Табань! Главный Редактор) Главный Редактор пока неизвестно чего… Но какая мечта, какая идиллия! Ведь это значит: орангутаны, шимпанзе, бродячие висельники, алчные кредиторы, приверженцы психоанализа, самовлюбленные бритые фотографы и скучающие девицы кончают в мелодии пронсящихся мимо рейсовых автобусов… Полицейские сирены, исходя в судорогах, обволакивают тело в фосфорецирующем блеске своих внутренностей. На улице царит полная порнография».

В этом месте из Кервиевского «От Гластонбери к Реддингу» наблюдается две черты, весьма для автора характерные: мания величия и рассредоточенность внимания. Разумеется, только последнее нуждается тут в разъяснении. Дело в том, что эти слова (как и все последующие) содраны с рецензии Керви на концерт группы «The Dirty Three». Он их перемещает, рассказывает теми же словами про совершенно разные эпизоды. Внимательный читатель неизбежно приходит к заключению, что Керви этого просто не замечает, что он как-то забыл о том, что он тебе на ухо только что вешал ту же лапшу. Ведь если не так, то получается, что человек просто врет в полнейшей уверенности, что это пройдет безнаказанно.

Читать дальше →