Окаянная душа

Начало книги

Воздух содрогнулся от очередного раската грома. Молнии прорезали темнеющее небо, словно трещины в некачественно сделанной миске. Отблеск, еще отблеск. Идеальные молнии отчетливой паутиной тянулись к земле, будто дороги с небес совершенного белого цвета — цвета чистоты или пустоты. Мир разделился надвое. Казалось, его края готовы разойтись, едва удерживаемые швом из молний. Верхняя половина, движущая, редеющая, накатывающаяся, покрывающаяся рябью, словно водная гладь, сквозь которую пропустили сгусток мглистой краски. Чернота растворялась в небесах, оставляя то тут, то там кусочки пустоты. Сквозь них пробивалось сияние, как будто за темнеющей поверхностью попали в плен с десяток люминесцирующих существ. Тьма так быстро охватывала пространство, что грозила захлопнуть и эти последние дверцы света.

Голубоватая молния пропорола ткань небес за лесом, виднеющемся вдалеке, на мгновение осветив неровную проселочную дорогу, кривой линией вьющейся среди полей. По дороге мерной поступью двигалась прихрамывающая лошадь, запряженная в телегу. Сухие комья земли осыпались под ее копытами, а камни, встречающиеся на пути, то и дело царапали поверхность колес телеги, чуть затормаживая ее ход. Гром гремел с яростью безумного барабанщика, решившего устроить собственный ночной концерт. Молнии сверкали все чаще, сопровождаемые нестерпимым грохотом. А запряженное животное продолжало равнодушно тянуть телегу вперед. Даже когда небо разверзлось и на землю пролились тяжелые капли новорожденного ливня, лошадь не среагировала. Словно лишенная всякого страха и элементарных животных инстинктов, она упрямо вдавливала копыта в грязевую смесь, в которую в один миг превратилась дорога, лишь изредка недовольно взбрыкивая морду, чтобы стряхнуть холодные капли, заливающие глаза и уши.

Читать дальше →