Революция Щелкунчиков

Начало книги

Мэри Тедескова для бодрости включила сюиту из «Щелкунчика» на полную громкость и – поскольку резала по дереву – время от времени дирижировала ножом. Тут кто-то из местных просунул морду в ее кабинет. Она убавила звук до еле слышного шепота и отворила дверь. Конечно, это был Тейтеп. Проведя почти год на Празднестве (таков буквальный перевод названия этой планеты), она все еще затруднялась различать празов по их внешности, и три белые иглы на «воротнике» Тейтепа сделали его первой настоящей личностью для Мэри.

– Доброе утро, Тейтеп. Могу я что-нибудь для вас сделать?

– Поделиться? – спросил Тейтеп.

– Конечно. Может быть, убавить звук?

Мэри знала, что сюита из «Щелкунчика» так же чужда аборигену, как треск и скрежет здешней музыки – землянину. Она попривыкла к отдельным элементам их искусства, но было неизвестно, испытывает ли Тейтеп то же самое в отношении Чайковского.

– Пожалуйста, оставьте включенным, – попросил он. – Всю неделю вы проигрываете одно и то же – я прав? А сейчас помахивали ножом в такт. Вы поделитесь причиной?

Читать дальше →