Единство и разнообразие степной культуры Евразии в средние века

Начало книги

В современной западной историографии прижилось мнение, что кочевые народы Евразии представляют собой аморфную массу варваров, не способных к созданию культуры, хотя иногда воспринимающих достижения своих оседлых соседей. Поэтому в концепциях многих европейских ученых особенности кочевого быта излагались суммарно, как «степная империя», без учета фактора времени и места. Даже в лучшей сводке фактического материала, созданной таким крупным историком, как Р.Груссе, отсутствует попытка уловить ритмы закономерности, свойственной кочевникам, но это не снижает ценности его труда, потому что он сам названной нами выше задачи перед собой не ставил. Это вызывает сожаление, потому что даже исчерпывающий подбор фактического материала, при отсутствии обобщения, дает повод недостаточно вдумчивому читателю сделать выводы, не предусмотренные автором.

В советской науке эту предвзятую мысль отчасти преодолела археология, ибо множество находок на территории евразийской степи показало наличие земледельческих поселений даже в глубокой древности. Однако взамен одной умозрительной концепции была предложена другая, согласно которой кочевники, беднея, превращались в земледельцев и тем самым приобщались к цивилизации. Концепция эта была неуязвима до тех пор, пока она не подверглась проверке с позиций сопредельных дисциплин: географии и антропологии. Игнорировались роль ландшафта как экономико-географического района, возможность адаптации и необратимость эволюции. Внесение в разработку проблемы этих неоспоримых моментов заставляет пересмотреть предложенную концепцию, тем более что возможностей к тому вполне достаточно.

Читать дальше →