Оборотень

Начало книги

— Ну, чё ты вылупился, как Му-Му на Герасима? — выдала вульгарно накрашенная продавщица средних лет хрипловатым баском, вдобавок обдав Михаила свежим перегарцем умеренной насыщенности, — чё тупим-то? С покупочками определился, денежку отдал, сдачу простил — и пошёл себе вприпрыжечку, к семейному очагу, раз-два, раз-два, ножками, ножками. Или я не права? Слышь, Нинуль, когда я была неправа?

Вторая продавщица ответила невнятным набором гласных, в отличие от напарницы она, похоже, изрядно переборщила с приёмом спиртного на рабочем месте, и уже дошла до кондиции, именуемой "кантовать нельзя оставить", причём запятую реально надо было ставить после второго слова. Этот магазинчик Михаил никогда особо и не привечал, но он единственный в округе работал до "ноль-ноль часов", порой выручая, когда в доме вдруг некстати обнаруживалось отсутствие какой-нибудь важной мелочи, вроде хлеба или чая. Удобство в графике работы уравновешивалось довольно хамским отношением трудящегося в магазине персонала, по отношению к покупателям. Хамили и по мелочи обсчитывали всегда, но сегодня продавщица вышла на новую ступень общения, затмив предыдущие достижения разговорного жанра.

Читать дальше →