Луна на ощупь холодная (сборник)

Начало книги

Я развелась с Арсением и сняла квартиру в Москве. Прошлое мучило меня своей протяженностью. Как долог был самообман, сколько вязких лет я называла «простым человеческим счастьем» крайнюю степень горя – бессмысленность плотского существования, ложно оправданную необходимостью добывать пищу и разводить потомство. Жизнь, насыщающую только могилы.

– Арсений живет с девчонкой, беженкой из Таджикистана. Она чудненькая , у нее, видать, с головой не все в порядке. Да и здоровье у нее… – говорила моя сестра, переливая спирт и стараясь не вдыхать носом, чтобы не опьянеть от паров. – Ты ее скоро увидишь, она на уколы ко мне ходит. И я увидела Асю – на восходе месяца, белого и полупрозрачного, как ее кожа.Я увидела Асю через неделю после приезда на родину, где не была целый год, точнее, целую жизнь: на этой земле я не жила, а спала в тяжелом наркозе.За неделю я узнала, что Ася больна, что у нее постоянные выкидыши, отец-пьяница, мать торгует шмотьем и кое-чем еще. Я не знала только, что Ася так красива: худая, рыжая и белокожая, с глазами серыми, как прах земной.Войдя в сестринскую, она принялась болтать, и медички подхватили пустой разговор, труня над Асей, ибо принято в деревнях подшучивать над сумасшедшими.Она задрала огненно-алое платье, под которым мелькнул молочный полумесяц, точь-в-точь как за окном, и шприц вонзился в мучнистую кожу.«Это ты Маринкина сестра? Пойдем выйдем, разговор есть», – вдруг серьезно сказала мне Ася, придерживая вату под платьем. Медички прыснули.Мы вышли в коридор. «Расскажи, как ты с Арсением гуляла», – попросила Ася. Она говорила в нос из-за полипов, о которых я тоже уже слышала от односельчан, – они старались изобразить Асю как можно большим ничтожеством, заискивая передо мной, – но полипы делали Асин голос скорее детским, чем неприятным.

Читать дальше →