Белый амариллис

Начало книги

Нелли осторожно опустилась в ароматную голубоватую пену, вытянулась и блаженно замерла. Каждая связка, каждая клеточка ее тела изнывала от уже почти забытого восторга соприкосновения с чистой, ласково-теплой водой в большой удобной ванне. Да что там удобной! Шикарной, розового цвета, инкрустированной в стиле ро-ко-ко и упористо стоящей на вычурных ножках посреди облицованной таким же розовым мрамором огромной «комнаты отдыха», принадлежавшей княжеским аппартаментам. Или, как их принято называть на британском корабле — принсэсс аппартаментам.

Нелли совсем чуть-чуть шевельнула ладонями рук, и вода с готовностью ответила нежной рябью, заигрывая с голубоватыми пузырьками жидкого ароматного мыла. Девушка блаженно вздохнула. Сегодня она снова звалась Нелли, как в той туманной далекой жизни, которая жестоко и внезапно закончилась несколько месяцев назад, а может это было несколько лет назад? А может быть этой жизни и вовсе не было никогда, а просто померещилось, привиделось княжне Мещерской — Елене, Алёне, Леле, Ленке — как ее только не называли за этот бесконечный год! Нелли, на английский манер, в отличие от французской поднадоевшей «Элен», ее назвали в честь отцовской тети Нелли — Елены Волконской, любимой дочери того самого декабриста. «Доигрались!» — поджимала губы мама во время февральской революции, при упоминании имени Сергея Волконского, хотя со времени декабрьского восстания 1825 года прошел почти что целый век. Но Волконские всегда фрондировали, вот и внук декабриста, тоже князь Сергей Волконский, давеча заявился в гости к кузену князю Владимиру Мещерскому с красным бантом в петлице в знак поддержки демократической революции.

Читать дальше →