На проклятом пути Великого Шута

Начало книги

Сперва раздался шелест листвы — и при том не от ветра.

Ветки закачались, хрустнул под тяжестью крупного тела хворост лесной подстилки — и на тропу выбрался верховой зверь: заседланный, несущий на себе всадника. Вскинул чешуйчатую широколобую голову, потянул воздух узкими драконьими ноздрями, покосился обратно в чащу. Всадник коротким движением запястья подтянул поводья — зверь послушно вернулся к тропе, и, плавно ускоряя бег, двинулся вперед. Через какое-то время всадник вновь слегка придержал звериную прыть — не стоит давать скакуну тратить силы попусту.

Ветер нес свежие яркие ароматы подступающей ночи, и, конечно, даже в прирученном звере животное начало откликалось на их зов. Без узды и повелительного мысленного приказа скакун уже давно ринулся бы в заросли: искать подобных себе, охотиться, лакать нектар из глубоких цветочных чаш, размыкающих лепестки только в ночное время… Всадник чуть усмехнулся про себя — что же, с любым живым существом так. Лишь на миг отпусти поводья воли — и тебя позовет твое естество. Глаза зверя мерцали лиловым и зеленым, ловя последние лучи солнца — в поднимающихся из лесной тени сумерках, да и в ночной темноте, скакун видел отлично, а значит, нет нужды пока что прерывать путь. До середины ночи, пока усталость не возьмет свое — можно ехать свободно. Две луны — белая большая и маленькая, шафраново-желтая — взбирались по небу. Ночь будет ясная, к тому же теплая: на привале путник даже не станет разжигать костер. Лесных хищников всадник не опасался — у него была при седле винтовка, а кроме того, короткое копье и клинок, а уж в остроте сумеречного зрения он точно не уступал ни одному созданию этого мира, как и большинство из его народа.

Читать дальше →