Паутина Циолковского, или Первая одиссея «Мира»

Начало книги

«Мир» стремительно терял скорость — один за другим выключались гравитационные ускорители, переводя один из самых лучших космических кораблей Союза в режим обычного полета. Но даже здесь, в рубке Центрального пульта управления Андрей Шестун, командир «Мира», почти физически чувствовал, как его тело рвут во все стороны натянутые до предела ниточки гравитационного поля ближайших звезд, галактик и даже всей Вселенной. Рубка была защищена тройным слоем бикронных полей, но даже здесь каждой клеточкой своего тела Шестун чувствовал всепроникающий и всеобъемлющий Универсум. И это дыхание Космоса было настолько нестерпимым, что командир, переживший это уже не один десяток раз, почувствовал прилив ужаса, парализующий волю и лишающий способности мыслить.

Это всегда было самым тяжелым моментом полета. Само воздействие гравитационного прилива было исследовано плохо. Вначале пытались полностью опереться на автоматику, но она выходила из строя и полеты в итоге пришлось планировать так, чтобы ускорение и торможение начинались по команде, но завершались без всякого участия интеллекта. Это было единственным выходом, потому что ни один человек и никакая электроника не могли принимать решения в момент сверхгравитационного перехода.

Читать дальше →