Газета Завтра 390 (21 2001)

Начало книги

На днях, когда народ ковырялся в огородах, сажая клубеньки, корешки и луковки, чтобы к осени не околеть от экономической политики Грефа, Дума едва не приняла чудовищное обращение к президенту — о разгуле антисемитизма в России, об угнетении татар и башкир, о гонении на кавказцев, о свирепом "русском фашизме", чьи кованые сапоги отпечатались на интеллигентном лице Юшенкова. Нескольких голосов, которые не додали коммунисты и аграрии, не хватило "жертвам холокоста" в Госдуме, чтобы в очередной раз русские мужики и бабы, убывающие с родной земли со скоростью миллиона в год, были обьявлены кальтенбруннерами, а остатки патриотической прессы, еще не задавленные Швыдким, были поставлены вне закона. Умные, хитрые твари, чьи дети работают в загранбанках и на радиостанции "Свобода", инициировавшие обращение, ни разу, за всю ужасную историю демократического погубления Отечества, не сказали о сотнях тысяч русских, вышвырнутых из Чечни и Адыгеи, из Казахстана и Армении. О тридцати миллионах славян, полоненных баями, ханами и баронами. О жалкой доле русских в Якутии, Башкирии, Татарстане. Об удушении на гарроте русской музыки и литературы. Об "испанских сапогах", в которые забили русское самосознание. О русской культуре, на которую надели целлофановый мешок "культуртрегеры холокоста". О наркотиках, табаке, алкоголе, которыми искусственно травятся русские юноши. О русских девушках, которые тысячами вылавливаются в голодных городках и поселках и отправляются в бордели Стамбула и Амстердама. Скоты, с респектабельными манерами европейцев, с черными, горящими от ненависти зрачками, ни разу не сказали о том, что миллион бакинцев заселил Москву и область, наполнил префектуры, рынки, университеты, школьные учительские.

Читать дальше →