Иллюстрированная история нравов: Галантный век

Начало книги

На первой сторонке переплета Шенау. На пути к пороку; на четвертой сторонке переплета Шенау. Разбитое зеркало; на первом форзаце Рамбере. Товар черкесов; на втором форзаце — Фрагонар. La Gimblette (Баранка); на обороте первого форзаца — Фрагонар. "О, если бы он был мне так же верен!"; на обороте второго форзаца Курен. Неравный брак; на фронтисписе — Г-жа Фонтанж, любовница Людовика XIV.

Потерянный рай!　

Старик Талейран заметил однажды: кто не жил до 1789 г., тот вообще не жил. И многие тысячи его современников были того же мнения.　

Те, кто пережили этот год, остаток жизни грустили о потонувшем острове блаженных, чарующие утехи которого они изведали в юности. Действительность становилась все печальнее, и было ясно, что это волшебное счастье миновало навсегда. Кончилось сновидение о красоте и наслаждении.　

Наиболее яркие документы эпохи старого режима[1]: искусство и изящная литература, отражающие ее дух, — оправдывают подобную печаль и тоску. В них дышит безупречная, сверкающая красота. Здесь все прекрасно: никогда женщины не были так сооблазнительны; никогда мужчины не были так элегантны; даже　 истина шествовала тогда по земле не обнаженная, а в облачении неиссякавшего остроумия. Роза потеряла свои колючие шипы, порок — свое безобразие, добродетель — свой скучный вид. Все стало ароматом, грацией, зачарованным блеском. Лица людей не омрачались трагическими переживаниями, физической болью, преступными замыслами. Радость и счастье одухотворяют каждую их черту. Слезы смягчаются смехом, а горе — только ступень к более высокому блаженству.

Читать дальше →