Вместе во имя жизни

Начало книги

Как создаются легенды? Легенда о поколении двадцатых годов изображает всех людей отшельниками. Я спорил с Неедлы, когда тот писал о Шалде, что это был великий отшельник. И сейчас, вновь читая «Душой и делом», я прихожу к выводу, что и сам Шалда понимал это односторонне: Сова [1] — отшельник. Идешь один по лесу и один читаешь стихи Совы. Стихи отшельника? Ерунда! Вынужденная изоляция еще не делает человека отшельником. И пусть ты один, мыслить и чувствовать ты не перестаешь в отрыве от людей. Стихи Совы — это стихи человека общительного, наделенного чувством коллективизма.

А если в них и чувствуется страдание, которое так подчеркивает Шалда, то только потому, что Сова имеет мало возможности общаться с людьми. Не только из-за того, что он болен и прикован к креслу, но главным образом потому, что общество его изолировало. Его нервы — это уже нервы не мещанина, но к пролетариату он еще не пришел. То же самое и с Шалдой. Наверное, такая близость к Сове, такое родство душ обоих поэтов мешало Шалде все это ясно видеть. Когда удается вырвать среди суматошных дней два-три часа, чтобы походить по лесу, тогда сможешь понять, какая большая любовь к людям живет в Сове и его стихах.

Читать дальше →