Судьбы Серапионов

Начало книги

История литературной группы «Серапионовы Братья» не слишком привлекала к себе внимание в оттепельные и застойные годы, поскольку список Серапионов фактически не включал запретных и, как казалось, ярких имен (за исключением, конечно, разгромленного Ждановым и на время запрещенного Зощенко); это в основном были здравствующие советские писатели, «классики», лауреаты, авторы многотомных собраний сочинений. То ли дело — символисты, акмеисты, футуристы, кубофутуристы, да, в конце концов, и в советскую пору — лефовцы, имажинисты, конструктивисты, перевальцы… Старые издания книг и альманахов широкому читателю давно были не доступны, и раннюю прозу Серапионов не знали, о её качестве не подозревали (скажем, имя Лунца узнали из доклада Жданова 1946 года, а что Лунц написал — оставалось неведомо). Разве что хорошие стихи раннего Тихонова, чуть подправленные автором, были доступны. У остальных же ранние, живые страницы заклеили поздними и подчас — мертвыми. С другой стороны, в оттепель, когда на волне реабилитанса переиздали (пусть и с купюрами) книги репрессированных авторов, расширив представление о русской литературе 1920-х годов, Серапионов эта волна коснуться не могла — физически реабилитировать было некого и ранняя их проза осталась под запретом (раннего Зощенко, выборочно, издавать стали). Сами «классики» особенно не настаивали на перепечатке раннего и прочно забытого, как бы смирившись с установкой, что если они чего и добились в литературе, то исключительно вопреки своей молодости, а отнюдь не благодаря ей. Давно привыкнув не пробивать лбом стену и радуясь отменным тиражам советских своих книг, вкушали они покой и официальную госславу.

Читать дальше →