Терапия

Начало книги

Когда прошло полчаса, он понял, что больше не увидит свою дочь. Она открыла дверь, обернулась и вошла в кабинет к тому пожилому человеку. Больше его маленькая Жозефина оттуда не выйдет — он был в этом абсолютно уверен. Никогда больше он не будет укладывать ее спать и не увидит ее счастливую улыбку. Никогда больше не зайдет в ее комнату выключить пестрый ночник, когда она уснет. И никогда больше не проснется среди ночи от ее ужасных криков.

Это знание вдруг обрушилось на него со всей беспощадностью. Когда он встал, тело не слушалось. Он не удивился бы, если бы его ноги подкосились, он упал и остался лежать в приемной на потертом паркете между дородной женщиной с псориазом и столиком с давнишними номерами журналов. Но он не потерял сознание, ему не было дано такой милости.

Вывеска на белой обитой кожей двери в кабинет аллерголога. Буквы поплыли у него перед глазами.

Доктор Грольке был другом семьи и двадцать вторым по счету врачом — Виктор Ларенц вел список. Его предшественники ничего не нашли. Совсем ничего. Первым был врач «скорой помощи», который появился вскоре после Рождества на их вилле в Шваненвердере[1] ровно одиннадцать месяцев тому назад. Вначале они думали, что всему виной праздничное фондю. Ночью Жозефину рвало, потом начался понос. Его жена Изабель вызвала частную «скорую помощь», и Виктор принес дочь в батистовой ночной рубашке вниз, в гостиную. Стоит ему об этом вспомнить — и он будто чувствует ее тоненькие руки: одной она обнимала его за шею, другой крепко прижимала к себе любимую игрушку, синего котенка по кличке Непомук. Врач под строгими взглядами родственников прослушал у худенькой Жозефины легкие, сделал инъекцию раствора электролитов и прописал гомеопатическое лекарство.

Читать дальше →