Американская пустыня

Начало книги

То, что Теодор Стрит мертв, сомнению не подлежало. Скрытая ирония его трагической гибели не была оценена по достоинству: ведь никто не знал, что Теодор как раз ехал кончать с собой, когда ему… ну, скажем, помешали. Теперь же иронию и вовсе не разглядишь во всей этой шумихе, вызванной смертью Теда, его уходом, переселением в лучший мир и окончанием земного пути, и еще более тем фактом, что Тед предпочитает рассказывать свою же собственную историю в третьем лице: прием необычный (отдельных политиков и спортсменов мы в расчет не берем), хотя и вполне правомерный. Ведь неким непостижимым образом он пребывал – или даже пребывает – за пределами самого себя, не столько на парапете сознания, как на парапете самой жизни, тем более что, возможно, одно не всегда следует из другого. Однако безотносительно оттого, где именно пребывал или пребывает Тед, он как раз ехал к побережью с твердым намерением войти в океан и идти до тех пор, пока голова не скроется под волнами, после чего глубоко вдохнуть и набрать полные легкие воды, что, в соответствии с его ограниченными познаниями в сфере человеческой физиологии, должно было привести к прекращению жизненных процессов, при условии, конечно, если не вмешается какой-нибудь спасатель или бойскаут, или герлскаут (впрочем, опыт подсказывал Теду, что герлскауты обычно чрезмерным усердием и назойливостью не отличаются). Он ехал на вполне допустимой скорости вдоль по Оушн-бульвар, как вдруг какой-то толстяк бросился за своим наманикюренным пуделечком на проезжую часть чуть не под колеса грузовика «Ю-Пи-Эс»,[ii] так что водитель громадной бурой глыбищи волей-неволей вильнул в сторону и вылетел на полосу встречного движения, то бишь помчался в лоб Теду Стриту в двухместной «ланчие» 1978 года выпуска.

Читать дальше →