Летучий марсианский корабль

Начало книги

- Опять ходил к сфинксу, Лунин? - В голосе у Илича была трещина, тот обычный марсианский изъян, что отличает старомёра со стажем от таких мертвецов, как я. В трещине настоялась желчь. - Это что? - Он показал на сцепленные ремнями ботинки, висевшие у меня на поясе. Потом посмотрел косо на пыльные пальцы ног.

- Жмут. - Я расцепил ремни и бросил ботинки в нишу.

- Лунин, Лунин! Плачет по тебе песчаная лихорадка. А если ногу поранишь?

- Здесь мягко.

- Мягко. - Илич кивнул. - Тепло, сухо, тоска. Поэзия, одним словом. Ты, Лунин, в последнее время что-то совсем дураком сделался.

Я пожал плечами. В спину Илича со стены, из еловой, в древесных разводах, рамы, глядели немигающие глаза. Человеческие, большие, оставшиеся без Бога живого, - два грустных собачьих глаза: они смотрели с Земли, Земля была высоко, за миллионами километров холода, Илич был здесь, между мной и собачьим взглядом, печальный старомёр Марса, с узким, в складках, лицом, серый, сухоплечий, коротенький. На меня смотрел по-собачьи. Говорят, первое, что он сделал, когда поселился в куполе, - повесил на стену эту вот фотографию: Байрона, дога с человеческими глазами, земную свою печаль.

Читать дальше →