Археологи против пришельцев

Начало книги

Я стоял, прислонившись к обшарпанной стене, в эпицентре этого студенческого бедлама, который мой младший брат Михаил гордо именовал «вечеринкой». Воздух в общажной комнате можно было резать ножом и продавать как биологическое оружие — густой коктейль из запахов дешёвого пива, едкого табачного дыма и, кажется, вековой среднерусской хтони, въевшейся в сами обои. Единственная лампочка под потолком, тусклая, как глаз умирающего циклопа, бросала на всё это действо больнично-жёлтый свет, превращая лица галдящих студентов в восковые маски. Видел одну такую комнату в мужской общаге — считай, видел их все. Единый стандарт детерминизма и энтропии. Студенческая братия гудела, как растревоженный улей. Я же, по обыкновению, держался на периферии этого праздника жизни, словно старый волк, случайно забредший на псарню. Не то чтобы их веселье меня коробило, нет. Просто я давно уже понял, что лучший собеседник для меня — это я сам. Мне не нужно толкаться локтями в толпе, чтобы почувствовать себя живым. Наоборот. В одиночестве я обретал цельность. Да и был я сильно постарше них. Годиков на десять в среднем. Михаил, в своем стремлении вешать ярлыки, называл это «синдромом сигмы». Пусть так. Мне было плевать на модные словечки. Я — крупный, молчаливый мужчина с взглядом, от которого, по словам того же Мишки, «у собеседника кариес насквозь видно». Я не искал компании, но и не бежал от неё. Я наблюдал. Анализировал. Делал выводы. Внезапно из бурлящей массы вынырнул сам виновник торжества. Михаил, долговязый и нескладный, с вечной расслабленной ухмылочкой, приклеенной к лицу, подлетел ко мне, размахивая пластиковым стаканом. Пиво в нём пенилось так отчаянно, будто пыталось сбежать, пока его не выхлебали. — Егорка, брат! Ты чего кислый, как лимон в заднице у сфинкса?

Читать дальше →