Раритет

Начало книги

«Ты что делаешь, идиот? Ты Достоевского читал? Видно-видно, что не открывал даже! Знаешь, что мы с такими, как ты, в свое время делали?», – слышится дряхлый неприятный голос, похожий на скрип сучьев трухлявого дерева.

«Опять баба Зоя орет на кого-то», – спокойно объясняла мать своему 5-летнему сыну, пока они поднимались по лестнице второго подъезда 54 дома Красноармейской улицы.

«Я те сколько раз говОрила, придурок недоделанный? Не трошь мой цветок! Я его не для того ставила на площадке, шо б ты, Ирод проклятый, в горшок мусор свой складывал!», – вновь проносится эхом по лестничной площадке (все еще боевой) голосок старухи.

Сосед Павел, на которого так безжалостно напала Зоя Васильевна, спокойно прошел в свою квартиру на 3-м этаже хрущевки-кукурузки (как называли ее сами жильцы). Этот молодой человек удостоился столь большого внимания живого свидетеля сталинского строя не без причины. Павел – холостяк, еженедельно устраивающий в своем доме вечеринки, традиционно заканчивающиеся приездом местного участкового, вызываемого, естественно, бабой Зоей. Только эта женщина бдит и стережет покой родного гнездышка. Она как цербер охраняет свои владения, конечно же, не без строгости и гнева, ему присущих. Павел был «любимчиком» бабули, но это не означает, что других она обделяла ругательствами. Каждый день кто-нибудь да нарушал порядок, установленный самой Зоей Васильевной. Может у нее был свой личный кодекс советского жильца, который, к сожалению, не читали и даже не видели ее соседи, живущие в Российской Федерации? А может список правил существовал лишь в ее голове?

Читать дальше →