Государство и светомузыка, или Идущие на убыль

Начало книги

Великий Композитор парил ноги.

Снизу шло размягчающее, обволакивающее тепло, мысль работала вяло, не для биографов.

«Надо же, какие ухоженные у меня ступни, — думал он. — Это оттого, что мозольщик да педикюрша приходят, ухаживают… А взять землепашца?.. Экая получается странность! Ведь и у него ноги ухоженные! Уходил он их, сердешный, за плугом — изо дня-то в день… Парадокс!..»

Большие стенные часы гулко пробили шесть. Обыкновенно в это время ему работалось лучше всего, и именно на срединную часть вечера он оставлял для окончательной правки все наиболее трудные пассажи, но заведенный порядок относился к старой квартире…

Дом в Морошковом переулке был заселен людьми, далекими от прекрасного, и имел тонкие перегородки. Великий Композитор был хрупок и мал ростом, но музыку рождал громкую, страстную, потрясающую основы. Соседи стучали в стену, жаловались в участок. Приходил пожилой околоточный, хмурил брови, неодобрительно косился на рояль, делал очередное внушение. Великий Композитор обещал играть потише, умиротворял служивого серебряным рублем и рюмкой водки, но уже через несколько минут забывал обо всем и начинал играть размашисто и мощно, как умел только он один.

Читать дальше →