Моцарт

Начало книги

Я не пыталась вызвать дух Моцарта: он здесь такой, каким он был. Для тех, кто хотел бы его знать, он остался в своих многочисленных письмах и еще более многочисленных произведениях. После всего этого имело бы смысл прочесть детальные биографии и не помешало бы познакомиться с письмами и воспоминаниями современников. Тогда обнаруживаются небольшие пробелы в документированной истории его жизни, которые догматичные биографы старательно обходят стороной из-за нехватки справочного материала для сносок, а творцы романтизированных биографий покрывают позолотой и сахарной глазурью, превращая их в приторные пирожные по моде XVIII века, каковой, по мнению многих, и была жизнь Моцарта. Я пыталась проложить верный курс между обеими крайностями. К тому же я действительно узнала Моцарта, говоря метафорически, конечно, в том смысле, как высказался д-р Джонсон[1]: биограф должен «есть, пить со своим героем и жить с ним в одном социальном окружении». И потому мне кажется, что я знаю, как Моцарт выглядел, как говорил, чем занимался изо дня в день. Я соединила эти знания с добросовестным изучением всего того, что уже известно о его жизни, изложив всё это в виде последовательности событий, которые с ним происходили. Пусть это кому-то покажется чем-то недопустимым, но ничего противозаконного в моих действиях не было. Напротив, я в долгу перед целым рядом выдающихся исследователей данной темы, которые прочли, и покритиковали, и поддержали представленную мной работу, и они же были безгранично щедры, делясь со мной собственными материалами. В некоторых случаях любой из исследователей Моцарта мог бы подтвердить: я сделала то, что мистер Д.Б. Уиндем-Льюис (Доминик Биван)[2] назвал «законным присвоением».

Читать дальше →