Старость

Начало книги

Когда Будда был еще принцем Сиддхартхой, коего отец запер в великолепном дворце, он не раз тайком покидал его, чтобы прокатиться по окрестностям. Во время первой своей вылазки он встретил немощного, беззубого, морщинистого, седого и согбенного человека, бормочущего что-то себе под нос, дрожащего и опирающегося на трость. Колесничий, заметив удивление Сиддхартхи, поведал ему о том, что такое старость: «Какое несчастье, — воскликнул принц, — что слабые и невежественные создания, опьяненные гордыней, которая так присуща молодости, не видят старости! Давай поскорее вернемся домой. К чему игры и развлечения, если я обитель грядущей старости?»

В уделе этого старика Будда распознал собственную судьбу, ведь, будучи рожденным для спасения людей, он хотел взять на себя всю полноту их положения. И это же отличало его от них, уклонявшихся от того, что было им неприятно. В особенности от старости. Америка вычеркнула из своего лексикона слово мертвый, заменив его словом ушедший; также она избегает всяких упоминаний о преклонном возрасте. В сегодняшней Франции эта тема тоже запретна. Когда, по завершении «Силы обстоятельств», я нарушила это табу, какой шум поднялся! Признать, что я стою на пороге старости, означало сказать о том, что она подстерегает всех женщин, что многих она уже настигла. Большое число людей, особенно пожилых, с добротой или с раздражением неоднократно повторяли мне, что никакой старости нет! Есть люди менее молодые, вот и всё. Общество воспринимает старость как постыдный секрет, говорить о котором неприлично. Мы знаем достаточно примеров литературных произведений, посвященных женщинам, детям и подросткам; но, не считая упоминаний в специализированных работах, аллюзии на старость чрезвычайно редки.

Читать дальше →