Прелестные картинки

Начало книги

«Октябрь в этом году просто небывалый», – говорит Жизель Дюфрен; они кивают, улыбаются, летний жар струится с серо-голубого неба. (Что в них есть такое, чего мне не хватает?) Совершенная картинка, уже воспроизведенная в «Плэзир де Франс», «Вотр мезон»[1], ласкает их взор: ферма, купленная по дешевке, за ломоть хлеба – ну пусть хлеба с маслом, – перестройка которого Жан-Шарлем потянет уже на тонну икры («Миллионом больше, миллионом меньше, не обеднею», – сказал Жильбер), розы у каменной стены, хризантемы, астры, далии, «красивейшие в Иль-де-Франс», – говорит Доминика; зонты и кресла – голубые и лиловые – до чего смело! – выделяются на зелени лужайки; лед позвякивает в бокалах; Удан целует руку Доминике, тонюсенькой в своих черных брюках и ослепительной блузке; светлые волосы седеющей блондинки, со спины ей дашь тридцать лет. «Никто не умеет устраивать приемы, как вы, Доминика». (В эту минуту в другом саду, совсем ином и в точности таком же, кто-то произносит те же слова и та же улыбка приклеивается к другому лицу: «Какое чудесное воскресенье!» Почему я об этом думаю?)

Читать дальше →