Пьесы о богах и людях

Начало книги

Король.

Бел-Нарб) погонщики верблюдов.

Ауб)

Гофмейстер.

Забра, придворный.

Эзнарза, цыганка из пустыни.

Сцена: у ворот города Таланны.

Время: неизвестно.

(У ворот города Таланны.)

Бел-Нарб: К вечеру мы снова будем в пустыне.

Ауб: Да.

Бел-Нарб: И много недель не будет вокруг нас городов.

Ауб: Ах!

Бел-Нарб: Оборачиваясь с верблюжьей тропы, мы увидим, как гаснут огни; это будет последнее, что мы увидим.

Ауб: Потом мы будем в пустыне.

Бел-Нарб: Древняя жестокая пустыня.

Ауб: Как ловко пустыня прячет свои колодцы. Можно сказать, что она враждует с человеком. Она не приветствует нас, как города.

Бел-Нарб: Она таит ЗЛО. Я ненавижу пустыню.

Ауб: Я думаю, нет в мире ничего прекраснее городов.

Бел-Нарб: Города красивы.

Ауб: Я думаю, что они прекраснее всего после рассвета, когда ночь оставляет здания. Они медленно отводят ее прочь и позволяют ей пасть подобно плащу и стоят нагими в своей красоте, будто в сиянии широкой реки; и свет нисходит и целует их в лоб. Я думаю, что тогда они прекраснее всего. Голоса мужчин и женщин начинают раздаваться на улицах, еле слышимые, один за другим, пока не зазвучит неспешный громкий ропот и все голоса не сольются в один. Я часто думаю, что тогда город говорит со мной, говорит своим голосом: «Ауб, Ауб, который на днях должен умереть, я не принадлежу Земле, я был всегда, я не умру».

Читать дальше →