Творческий день. Воспоминания, написанные загодя.

Начало книги

Мы — на трибуне мавзолея. Сидим на высоких стульях, чтобы снизу казалось, будто стоим, будто могут почтенные и не особо тренированные люди неподвижно выстоять несколько часов. Я — по правую руку от Самого, старый друг мой Гера Иванов — по левую, остальные члены нашей областной писательской организации, не все, конечно, лишь наиболее известные, — уже за нами и вполне произвольно.

Следовательно, ведущий мастер пера — я. Герман, если можно так выразиться, ведомый. Остальные — мелкота. Так я в душе всегда и полагал, только вслух из-за скромности не говорил. Верил: правда рано или поздно сама себе дорогу пробьёт. И — пожалуйста.

По площади 1905 года идут праздничные колонны читателей, несут, как водится, портреты. В основном самого Якова Михайловича, но и моих немало, изредка мелькает Иванов, а вот русских классиков почти не видно. Непорядок. Надо в другой раз дать команду кому следует.

Народ скандирует, как когда-то в девяносто первом блажили москвичи, которым, видать, наскучило пребывать на откорме у советской власти, захотелось остренького: “Ель-цин! Ель-цин! Ель-цин!”

Читать дальше →