Семь последних дней

Начало книги

В детстве, помню, был обескуражен отсутствием конкретики в понятиях температурного режима. Однажды с родителями (это мне было лет восемь) собирались куда-то, мать сказала: «Глянь термометр, холодно на улице?» Термометр показал плюс четырнадцать. «Плюс четырнадцать, – ответил я, – а это прохладно или холодно?» И тут с недоумением узнал, что во взрослом мире у слов «мороз», «тепло», «жара» вообще отсутствует привязка к температуре. Весь мир взрослых людей мне тогда показался в высшей степени несерьезным. Нас, детей, чему-то учат, воспитывают, а сами (ужас! вы только вдумайтесь!) – пользуются неконкретизированной терминологией. После этого я взял альбомный лист, расчертил его в виде таблицы и после некоторых размышлений заполнил: ниже 0 – мороз, от 0 до 12 – холодно, от 12 до 17 – прохладно, от 17 до 25 – тепло, от 25 и выше – жарко. Гордый тем, что, наконец-то, навел порядок в этой сфере, показал таблицу родителям. Папа с мамой переглянулись, но в целом согласились с этой градацией. Отец, впрочем, не мог не возразить, что кроме температуры на понятия «тепло» и «холодно» влияют влажность воздуха и скорость ветра, но это уже были, конечно, мелочи. Я предложил послать таблицу на телевидение, чтобы показать всей стране: «Пусть все увидят и пользуются правильно словами». Но родители не согласились. Таблица пригодилась. «Набрось курточку, на улице прохладно», – говорила, допустим, мама. Я шел к термометру, +19. Извини, мама, никакой курточки, – сами же согласились с моей системой.

Читать дальше →