Стукач

Начало книги

После третьего курса мореходки я попал на практику в Ялту. Работал матросом на прогулочных катерах. Экипаж катера состоял из семи человек: два капитана-механика, два моториста и три матроса, но вахту несли по трое: капитан-механик, моторист и матрос. Капитаны-механики и мотористы работали только днем, через день, а матросы – сутки через двое. На ночь катера, десятка два, швартовался к пассажирским причалам Ялты, и на каждом оставался один матрос, который обязан был – перечисляю по степени тяжести – не допускать посторонних, не напиваться и не спать. По ночам, примерно с полуночи до двух, комиссия из трех-четырех человек, в которую входили представители портнадзора, погранвойск и милиции, проверяли выполнение этих непосильных обязанностей. Так как почти все матросы были практикантами – молодыми и безответственными парнями, почти каждую ночь комиссия находила нарушителя какой-нибудь заповеди, а то и всех трех сразу – пьяного матроса, спящего в обнимку с не менее пьяной посторонней. Нарушителю объявляли выговор, потом второй, а затем переводили на другой катер. Обычно одного нарушителя меняли на другого, потому что больше некому было работать. На то время, о котором хочу рассказать, я трудился уже на шестом катере с забавным названием «Мухалатка». Говорят, есть такой поселок в Крыму. Не сомневаюсь в этом, потому что, как я убедился за шесть месяцев практики, в Крыму, не как в Греции, не всё есть, но всё может быть.У комиссии были добровольные помощники. Один из них, отставной военный моряк, седой дед, сохранивший выправку, был самым вредным, за что получил от матросов кличку Лунь. Гастроном, работавший до одиннадцати вечера, был прямо напротив причалов. Лунь занимал позицию на маршруте и запоминал, кто и сколько бутылок купил, а так же к кому на катер заходили девушки.

Читать дальше →