В поисках Зефиреи. Заметки о каббале и «тайных науках» в русской культуре первой трети XX века

Начало книги

История знакомства с еврейским эзотеризмом, обычно называемым «каббалой» (о различных вариантах понимания этого термина мы еще скажем ниже), в России восходит по крайней мере к позднему Средневековью, однако действительно важными и притягательными для русского образованного общества идеи каббалы становятся в конце XVIII столетия, в золотой век русского масонства. О каббале тогда пишут статьи в журналах, переводят с иврита, латыни и других языков каббалистические сочинения, отдельные символы и образы этой еврейской эзотерической традиции проникают в художественную литературу… В середине XIX века в силу целого ряда историко-культурных причин, на которых мы не будем здесь останавливаться, представления о наличии у евреев некоего загадочного и опасного «тайного знания» проникают, как бы мы сегодня сказали, в массовую культуру – в романы, журналы и даже газеты. К примеру, один из родоначальников русской фантастической литературы Александр Фомич Вельтман (1800–1870) в своем первом романе «Странник» (1832) обыгрывает «тайны» еврейского алфавита, изображая квазимистическое путешествие по его буквам, венцом которого становится встреча с прекрасной девой, в которой угадывается Шхина, Присутствие Божественного в нашем мире… «Рано предался он преступным изысканиям, – пишет тогда же, в 1831 году, в повести «Перстень» Е. А. Боратынский (1800–1844), – тайно беседовал с учеными жидами, рылся в кабалистических книгах, долго и безуспешно… <…> Лаская Марию, Антонио не оставлял свои кабалистические занятия… <…> …утро возвратило ему память, он взглянул на Божий мир – глазами Демона: так он постигнул тайну природы, ужасную, бесполезную тайну; он чувствовал, что все ему ведомо и подвластно, и это чувство было адским мучением»1.

Читать дальше →