Искатель, 2001 № 07

Начало книги

Синагогу «Ор Хумаш» называли русской синагогой. Причина была в том, что находилась она в самом сердце нового района Кфар-Барух, на юго-западе Тель-Авива, в окружении трех «амидаровских» — государственных — четырехэтажек. Девяносто процентов жителей этих домов составляли преклонного возраста репатрианты из стран бывшего СССР и так называемые социальные случаи — матери-одиночки, инвалиды и тому подобная публика, привычно называвшие однообразные бетонные коробки «хрущобами». «Проблемный район», — озабоченно вздыхали по поводу сложного контингента в муниципалитете. На самом деле «русский квартал» был ничуть не более проблемным, чем такие же ново-старостройки конца 60-х в других городских районах.

Синагога «Ор Хумаш» вполне оправдывала название «русской» — в том смысле, что в ее стенах русская речь слышалась куда чаще, нежели какая другая. Иврит звучал лишь во время молитв; все прочее, включая беседы о недельных главах Торы, проводимые раввином Элиэзером Капланом, и занятия Талмудом в вечернем колеле[1] для пожилых репатриантов, проводилось на русском языке. И если уж говорить о некоем разнообразии, так это о разнообразии акцентов и произношений — от окающего говора волжан до напевной речи уроженцев Кавказа. Прихожанами по преимуществу были пенсионеры из ближайших домов. Они относились к «своей» синагоге так же, как их прадеды лет полтораста назад к аналогичному заведению где-нибудь в Гомеле или Бердичеве. То есть как к своеобразному клубу, в котором проводится если не все время, то, во всяком случае, большая его часть.

Читать дальше →