Рефлекс символа

Начало книги

Мой отец любил комментировать советские фильмы. Допустим, шел фильм про любовь. Герой и героиня вдруг встречали препятствия в реализации своего светлого чувства. Режиссер в этом месте вставлял картины бушующего моря. Над кипением валов запоздало реял горьковский буревестник. Саундтреком шла героическая музыка. Возможно, Шостакович. Отец с иронической улыбкой говорил:

— Видишь, музыка нагнетает.

— А море? — спрашивал я.

— Море тоже нагнетает, — кивал отец.

Мы оба были вполне довольны нашей доморощенной трактовкой. Ведь мы не воспринимали ее всерьез. И даже я, подросток, понимал, что смятение чувств вовсе не обязательно передавать буйством природы. Есть (должны быть) менее топорные и более изящные подходы. По крайней мере, в искусстве.

С тех пор я привык неизменно подшучивать над чрезмерной склонностью людей к символизму. Когда мне говорили, что красный — цвет любви, а желтый — разлуки, я вспоминал о собаках. Слава Богу, в их черно-белом мире такому шарлатанству места попросту не было.

Читать дальше →