Арабески… Н. Гоголя… Миргород… Н. Гоголя…

Начало книги

Конец 1833 и начало 1834 года были ознаменованы какою-то особенною мертвенностию в нашей литературе; казалось, что уже все кончилось – и книги, и журналы. Старые поэты, как заслуженные ветераны, или совсем сошли со сцены, или позамолкли, а новых не являлось. «Торквато Тасс» г. Кукольника порадовал было любителей изящного, как приятная, хотя и детская греза. Прекрасные стихи, несколько поэтических мест в сем произведении заставили было публику поздравить себя с новым поэтом, подававшим блестящие надежды… Несравненно выше и занимательнее был «Дмитрий Самозванец» г. Хомякова; кроме некоторых неотъемлемых достоинств сей драмы, ей придала особенную значительность пустота и ничтожность всех печатных явлений того времени. Но, видно, г. Хомяков не так был богат журнальными благоприятелями, как г. Кукольник. Да и что ж мудреного – ведь говорит же пословица: не родись пригож, не родись умен – родись счастлив?.. Я не хочу этим сказать, чтобы драма г. Хомякова была каким-нибудь чудом или даже чем-нибудь важным; но если в наше время пишутся преогромные статьи о таких трагедиях, которые не заслуживают решительно ни малейшего внимания ни в каком отношении, то почему же бы не сказать слова два о таком сочинении, которое замечательно если не большим достоинством, то по крайней мере как заблуждение замечательного таланта, которому не удается попасть на надлежащую дорогу? Но об этом после. Моя речь клонится к тому, что гораздо лучше посчастливилось концу 1834 и началу 1835 года. Повести г. Павлова, «Аббаддонна» г. Полевого, «Арабески» и «Миргород» г. Гоголя принадлежат к самым приятным явлением в нашей литературе и все появились в этот промежуток времени. Если мы прибавим, что на днях вышел новый роман г. Вельтмана «Светославич, вражий питомец», печатаются два новые романа г.

Читать дальше →