Живи, ирбис!

Начало книги

Никому, кроме Диляры, барс не дозволял приближаться к своей клетке. Шакира он ненавидел люто, неутолимо. Стоило тому показаться на крыльце, барс тотчас принимался неистово сотрясать решетку, хрипел от ярости и кровянил десны, пытаясь перекусить толстые стальные прутья.

— Только поломай зубы, шайтан! Поломай только, шкуру на чучело сдеру! — грозился Шакир, но спешил все-таки убраться с глаз долой.

Не терпел барс и чабанов, которые заезжали на кордон, прослышав, что объездчик изловил редкостного зверя. Атаки снежного барса были так молниеносны и сокрушительны, что никакая решетка не показалась бы достаточно прочной. От грозного рыка ошалело метались у коновязи лошади, раздирая удилами губы, и чабаны торопились уехать и долго еще опасливо озирались и проклинали пятнистого дикаря.

Тем удивительней была терпимость, с какой барс относился к Диляре, тонкой и гибкой, как побег барбариса. Никому другому не разрешал гордец наливать воду в поилку и бросать сквозь решетку ломтики свежей баранины. Воду, оставаясь наедине, барс пил, но до мяса не притрагивался вовсе.

Читать дальше →