Кровь, кремний и чужие

Начало книги

Я сорвался.

Если кто-то думает, что под этим подразумевается нервное состояние или падение куда-то вниз с чего-то высокого, то он сильно заблуждается. В конце двадцать первого века под словом «срыв» все понимают феномен электронного оцифровывания личности. Тело впадает в кому, а разум остается в одном из продуктов виртуальной реальности. Бывает, что человек однажды просыпается, возвращается в прежнюю жизнь, реальную, бывает, что срыв происходит в первую секунду после загрузки контента, а бывает, что оцифровавшийся рассудок тихо угасает, превращаясь в одного из ботов или даже глюков системы. Девяносто девять процентов сорвавшихся – это игроки. Лишь менее одного процента приходится на долю тех, кто остается в служебных программах.

Нет, это не разные «1С» и так далее, все намного лучше, а впрочем, и хуже одновременно. Уже порядка десяти лет большая часть хирургических операций, лечение шизофрении и многое другое проходит через виртуальную реальность. Врачи управляют тончайшими инструментами через интерфейс, находясь в состоянии погружения в «цифру», точно так же и психотерапевт общается с больным, находя тончайшие ниточки к буйному и воспаленному разуму пациента. И мне жалко таких людей, оставшихся навсегда в программном обеспечении больничной аппаратуры.

Читать дальше →