Сердце проклятого принца

Начало книги

В день похорон маменьки Норы пчёлы в нашем саду вели себя так, словно ничего не случилось. Они деловито гудели над поздней лавандой, ныряли в раскрытые чашечки мальвы и сердито толкались возле ульев. Солнце грело потемневшие доски, пахло воском, мёдом и нагретой травой. Всё было привычным до жестокости. Даже старая груша у колодца, которую маменька каждую весну обещала спилить, шевелила листьями и роняла на землю мелкие твёрдые плоды. Только под восточной яблоней лежала свежая земля.

Я стояла перед невысоким холмиком, сжимая в руке веточку розмарина. В наших краях розмарин клали в могилу, чтобы умершего помнили, хотя маменька считала этот обычай расточительством.

«Память в голове держат, девочка, а хорошую траву — в сухом ящике», — непременно сказала бы она, увидев, сколько душистых веточек сельчане бросили на крышку гроба. Но сказать уже не могла.

Я опустилась на колени и воткнула розмарин в рыхлую землю. Пальцы сразу испачкались, под ноготь забился тёмный комочек. Можно было надеть перчатки. Маменька учила меня беречь руки: по трещинам в коже в тело проникает зараза, а лекарка с больными пальцами полезна примерно так же, как беззубая пила. Утром я даже положила перчатки возле двери, но забыла их там.

Читать дальше →