Введение в человечность (СИ)

Начало книги

Извините за такое неуверенное название, но уж очень хотелось выпендриться. Вы, люди, уважаемые мои человеки, тоже частенько выпендриваетесь. У вас, милые и любимые мною — как и я вами — хомо сапиенсы, есть заготовочки на каждый подходящий (и, что, воистину, ужасно — почти на каждый неподходящий) случай, но почему-то этого вы стесняетесь. Точнее, стесняетесь не этого, а того, что вас, краснеющие от стыда мои, постоянно уличают в неискренности. Зря. Неискренность ничем не хуже искренности. Я так думаю. И не тушуйтесь, пожалуйста. Лучше улыбнитесь. Хорошо?

Вот и договорились.

Стало быть, здравствуйте!

Я — колбаса. Но это не значит, что у меня нет ни роду, ни племени. Точнее, род свой я вам уже назвал, повторюсь для невнимательных лопухов — кажется, так у вас, людей, называют умственно заторможенных индивидуумов: я — урожденный колбаса. Зовут меня — Сервелант. Это чтобы с вами, людьми, ассимилироваться. Раньше имя мое попроще звучало — Сервелат. Видите, одна лишь буква добавлена, а какая громадная разница в менталитете, если можно так выразиться. Фамилия — Московский. Менять не стал. Правда, красивая фамилия? Дворянская. Прозвище — Большой Змей. Знаю, знаю, слишком уж литературно-индейское. Но мне все равно нравится. Да, про племя-то заикнулся, а назвать забыл. Сам, похоже, лопухом невнимательным с возрастом становлюсь. Из сырокопченых мы. Сырокопченые, или твердокопченые, как нас еще зовут — племя среди колбас самое малочисленное, но самое гордое и многими из вас наиболее почитаемое. А еще я мужчина, и не просто мужчина, а единственный в своем колбасьем роде. Родовое имя-то слыхали — Сервелат? Услышав его только — даже еще не увидав, — язык не повернется с бабой меня перепутать… с Краковской там какой-нибудь или с Докторской.

Читать дальше →