Император Пограничья 27

Начало книги

Площадь под Угрюмом ещё не отдышалась после крика, когда новость покатилась дальше, по невидимым жилам Эфирнета, из менгира в менгир, через восемь княжеств и за их рубежи. К утру в каждом трактире от Пскова до Благовещенска пересказывали одно и то же: русский князь, тот самый, что за океаном уложил Абсолюта, надел корону, какой не поднимали четыре столетия, а возложила её собственная жена, суверенная княгиня.

Гвардеец Дмитрий Ермаков, когда-то проходивший по бумагам «лечебницы» Фонда Добродетели не человеком, а «научным материалом», слушал эту новость и разглядывал собственные ладони, которые едва не превратились в лапы мутанта. Жизнь свою он сохранил благодаря человеку, вставшему теперь над всеми, который добрался до вершины не из-за родословной, а тем же путём, что и сам гвардеец: оказался нужнее знатных людей. Для тех, кого вытащили из муромских шарашек Терехова, для безземельных, получивших надел в Угрюме, для людей, выброшенных на обочину жизни, которым прежде полагались согнутая спина и прозябание, корона значила одно: их новую жизнь больше нельзя отнять как чью-то ошибку.

Читать дальше →