Как я стал анархистом. (Записки жандарма)

Начало книги

„Милосердие, человеколюбие, сострадание, прощение“... Слова, слова! как легко играть ими... Ими переполнены все четыре евангелия но... Спаситель ведь, насколько мне помнится, считается Богом, я же — только человек, не более. Есть вещи которые никогда не прощаются и нельзя их простить именно потому что чувствуешь и знаешь себя человеком. Если и будешь говорить на исповеди что „все прощено“ и „все забыто“, если и удастся самому поверить этому в короткие мгновенья когда произносишь „mea culpa, mea culpa“ или когда подходишь к святому причастию  — стоит только снова вернуться к жизни, окунуться с головою в ее волны и к черту все обещания данные Богу. Нет сил простить когда мысль возвратится к обиде будоражащей  кровь; нет клятвы которая сумела бы осилить, перекричать голос крови требующей мести.

Что касается клятв, на моей совести была лишь одна: отомстить за смерть двух милых, дорогих мне существ!

Читать дальше →