Шереметевские липы

Начало книги

Взбаламученные временем картины прошлого всплывают в моей памяти. Давно как будто это было и забыто, но нет! Все живо в памяти.

Каждый, кого мы встретили в начале своей жизни, так и остается потом для нас воплощением доброты или жестокости, черствости или сентиментальности, чистоты или безнравственности. А если это еще было в дни войны…

Я спрашиваю себя: почему таким радостным в детстве видится мир? Да, дети не знают ничего. И при этом знают все! Они безошибочно чувствуют, хороший человек или плохой перед ними. Восприятие их полно забытой уже взрослыми остроты, прозрения.

Иначе чем объяснить, что я уже тогда обожала учительницу музыки Марию Филаретовну Верещагину, восхищалась ее мужем Федором Васильевичем (он вел у нас географию), побаивалась другого учителя – Якова Петровича Шорохова… Их разделяла странная, не понятная мне вражда. Но вот уже нет обоих.

Мы жили в Глазове, в деревянном доме с большой верандой. Весь город был застроен такими двухэтажными домами. Бревенчатые, крепко слаженные, они решительно обступали Сибирский тракт, по которому когда-то, до революции, через наш городок вели в Сибирь каторжников. В годы моего детства по тракту, мощенному осиновыми торцами, спешили по своим делам горожане, изредка проезжали машины, двигались туда-сюда повозки и телеги, запряженные лошадьми.

Читать дальше →