Воспоминания о Максиме Горьком (К пятилетию со дня его смерти)

Начало книги

Об одном из деятелей Французской революции было сказано: «Он сделал слишком много добра для того, чтобы можно было говорить о нем худо; и он сделал слишком много зла для того, чтобы можно было говорить о нем хорошо». Эти слова следовало бы отнести к Максиму Горькому.

И как писатель, и как человек он имел большие достоинства. Быть может, литературный его талант был не так велик, как утверждали его неумеренные поклонники, особенно в начале ив конце его необычной карьеры. Но несправедливы и те, кто начисто этот талант отрицают. Отрицателей было много среди русских эмигрантов. Попадались они и в давние времена. К ним принадлежал сам Лев Толстой, никогда Горького всерьез не принимавший. В своем дневнике от 3 сентября 1903 года Толстой писал: «Горький — это недоразумение» и выражал удивление по тому поводу, что за границей тоже читают этого писателя.

Его действительно читали и даже изучали за границей. Ни одному русскому писателю мировая слава не досталась так легко и быстро, как Горькому. Сам Толстой, с которым его было бы просто смешно сравнивать в литературном отношении, добился всемирной известности лишь на седьмом десятке лет. Чехов, в России соперник, а по летам старший товарищ Горького, был почти неизвестен за границей до самой своей смерти. Между тем Горький стал Мировой знаменитостью лет тридцати пяти от роду. В Германии, во Франции о нем уже в 1905 году вышло несколько книг. Его пьеса «На дне» шла два года безостановочно в одном из лучших театров Берлина, затем обошла все другие германские сцены. Она принесла бы ему целое состояние, если бы не одно случайное обстоятельство: его доверенным по получению гонорара от немецких театров был небезызвестный Парвус, в ту пору (1902 — 1904 годы) еще не бывший богатым человеком.

Читать дальше →